ignaty_l: (Default)
Продолжу..
Итак, наш «удачно-неудачный» пример с ПК нам помогает удачно абстрагировать субъекты отношений, то есть рассматривать каждый субъект по отдельности, и удачно же анализировать сами отношения, неудачность же, как мы уже намекнули, в том, что не всем пока очевидна достаточность основания, полагающего, что субъекты пора начать синтезировать. Трудность, которая нас ждет, монолитно составлена из двух независимых, в общем-то причин. Из хитрожопой греческой апофатики и разгильдяйской, беспардонной греческой поэтики. Это знаете, как говорят: не смотрите зверю в глаза, а то укусит. Про Бога можно цветасто-поэтически говорить все что угодно, и даже очень «смело», но все это будет «не то, Базилио». Поэтому вот, включи я сейчас по привычке «высокий тон», и начни по этой же привычке гласить - Бог-Жизнь-Свет-Любовь, тыр-пыр, восемь дыр, и все такое, ну знаете как это обычно когда Остапа понесло, то все это прокатит с пол-оборота, и даже многие найдут что тут высокого богословия дофига, а если конкретно спланирую до полного приземления, уперевшись рогом, что давайте без апофатики, то многие унюхают биологическую активность, почуят неприятный запах скота в хлеве, увидят умным зрением копошение глистов в проходе, и скажут – не-е-е, давай обратно в отрицаловку. Ну ё нафик эту жисть. Поэзии, поэзии, пожалуста. И побольше.Чтоб на святоотеческое богословие походило.
Ну вот сегодня чота у меня не поэтически совсем лад, так всегда бывает, сегодня поэтический, завтра нет, и так полосами как зебра, помните, наверное, что про эта даже песни есть. Вернемся в тему. Напомним до чего мы доабстрагировались. Значит: пользователь ПК, сам ПК, и обобщенный творец ПК, все это в нашем примере субъект познающий мир, тот самый (или точнее этот самый) мир, и «метафизика», так вот обобщенно скажем, чтобы не оскорблять атеистов, если случайно заглянут, неприятным для них словом. С атеистами самими мы уже разобрались, вроде. Они предпочитают разузнавать про мир приборами, и про Бога говорят апофатически. То есть, заняты тем же самым, чем самые дубоголовые верующие увлекались лет четыреста назад, зачиная пальцем в пробирке современную науку. Так что современный атеизм это такой реликт, сохранившийся с конца феодальной эпохи, и его надо беречь, вместе с их святой верой в окончательную победу одного конкурирующего мракобесия над другим конкурирующим мракобесием. Чтож, в петушиных боях обязательно один побеждает, не будем им мешать. Классные они ребята.
В нашей тринитарной абстракции мы потакаем пока общепринятому среди мыслителей мнению, что человеческий разум это «нечто отдельное». Будучи оторванным от вечно чавкающей биологической слизи, он «устремляется», «рвет пространства», и прочие шуры-муры процедуры, и в общем тут-то и происходит контакт. Контакт оказывается возможен. В действительности же пользователь ПК находится в самом ПК, и нам по отдельности следует разобрать два вопроса. Кому и насколько именно он («разум») больше соответствует: ПК или ПК-изобретателю. И. Что общего у ПК с изобретателем. Ну и как подвопрос – насколько вообще справедливы эти аналогии.
С подвопроса давайте и начнем, так как он указывает на «неудачность» примера. Наша тринитарная абстракция дает нам как бы нечаянно подсказку. Вот, мол, разум, он стоит чуть в сторонке и пялится на интерфейс, ничего в нем не понимая. Значит, выходит, у него есть с этим интерфейсом некоторое не родство. С другой стороны ему охота разобраться как это устройство вообще работает. Значит, у него есть некоторое родство с тем, кто все это придумал. Логично? - Логично. Однако же мы понимаем, что вывод хоть и «напрашивается сам собою», но только в виде общего плана на абстракцию. Если мы призмой разделили свет на цветик-семицветик, то только для того, чтобы объяснить некоторые частности, например, почему листья зеленые, а небо синее. Объяснив частности, мы не отобрали у мира ни неба, ни листьев, и не расчленили мир на небо-листья. Вывод о «родстве - не родстве», следовательно, не предопределен. Он вообще примитивен, и живет только пока разделение существует, то есть – в умозрении. Мало того, этот вывод вообще скорее случаен, или, что называется, додумались. Думали-думали, все перебрали, примеряли – вроде подходит. Свинья тоже ничего не знает об устройстве вселенной, и оговорка что, мол, ей и нужды нет, не проканает. Животные также очень любопытны, и так же познают мир во всей полноте, разве что полнота не так велика, но пока животное весь двор или весь свой участок леса не обследует, оно не успокоится. Так что как ни вертись, а придется перед напором фактов признать, что разум человека от разума свиньи отличается не качеством, а всего лишь количеством. Правда, признаем, что это такое количество, которое уже грозит перевалить в качество. Это, назовем, качественное количество. Разница, к примеру, просто нарисовать картинку, или нарисовать ее в 3D? Ну вот, примерно вот так. Человек, в отличие от животных, может позволить себе роскошь жить не одним днем. Именно это и есть единственное серьезное отличие. А все остальные, в том числе и следственное «искать Бога», следуют из него. Не наоборот. Человек явно видит еще одну ось бытия – время. И так же уверенно можно сказать, что никто из животных этой оси не замечает. Человек может пробретать и закреплять навыки прямо в течении жизни. Это значит, что всю свою последующую эволюцию человек может завершить самостоятельно. В течении жизни. А то и минуты. Венец человеческой эволюции имеет в человеческом языке свое название - метаноя.
Итак, мы ответили кажется и первый вопрос и на подвопрос одновременно. Аналогии вполне справедливы, и отличие пользователя от ПК по этим аналогиям почти никакое, а точнее отличие в том, что пользователь не просто встроен в систему, но он обеспечен инструментарием дальнейшей разработки системы, что сближает его и с изобретателем ПК. Человеку дали возможность почитать мануалы.
Но что значит «сближает»? И еще - мануалы же есть по ПК и отдельной книжицей по ПО. По ПК мы называем «физика и естествознание», а по ПО пока только Библия и Бхагаватгита (как она есть). Не густо.
В прошлый раз мы договорились до истины, определив логику как фрагментированную интуицию. Но, пользуясь той самой логикой, мы делаем совсем не неожиданный вывод. Что интуиция и говорит об истине, и что она – одна на всех. И для свиньи, и для человека, в общем-то без разницы. И что в мироздании отчетливо прослеживается его фрагментирование, то есть та самая логика, кенозис, о которой мы говорили. Чтобы мироздание было понятно и в целом, и в каждом своем фрагменте и клопу и человеку, и венцу творения бегемоту, который есть, как мы знаем, самая большая свинья. И каждым своим фрагментом оно говорит о целом.
Значит так, понятно теперь стало, почему человек сам может осуществить свою эволюцию, и это же означает, что человеческий разум и вправду умеет настраивать интуицию, совершать логические прорывы. Разум не то чтобы «превосходит» физику, он ее – предвосхищает. Казалось бы это и позволяет сделать вывод, что Бог и есть Чистый Разум, или до чего там греки доинтуичили. Но мы не согласимся. Так как разобрались уже с вопросом, что Жизнь разумна не оттого, что логична, а логична оттого, что разумна, потому что логика есть лишь способ ее понимания существами еще не развитыми. Но уже и всегда – живыми. Следовательно же разум присущ жизни, а не жизнь разуму. Поэтому Бог есть Чистая Жизнь, ну если кому нравится по другому – Чистое Бытие, как и Сам о Себе сказал. Присущие же Бытию разума вообще сомнению не подвергается.

Продолжу потом.
ignaty_l: (Default)
В те еще времена наука образовалась затем, чтобы отыскать причины, а, отыскав причину, разглядеть Бога. Казалось все просто. Есть явление, опиши его, анализируй, и выведи закон, по которому оно в этот мир вываливается. Физика возникла как некоторое дополнение к метафизике. Сумма выведенных законов укажет на закономерность, то есть отыщется мера всех вещей и событий. И Бог, станет, если и не совсем понятен, то предсказуем в своих волениях.
Физика принялась за описание явлений, подыскивая каждому закон его бытования, надеясь добраться до причин, создав один единственный закон под всю сумму законов. Закон Всех Законов. Типа морале, но только с механическим уклоном. Идея была дурная, но каких людей в церкви нет. И чем только дите не тешится. Закон по которому живет Бог? – ну нехай буде.. Но чем больше наука описывала, тем дальше уходили искомые причины.
Причины уходили, уходили вдаль, и скоро их совсем не стало, так что к моменту появления среди светил физики нашего уважаемого Игоря Кугридера, про поиск причин уже совершенно перестали упоминать, и фраза «наука доказала» уже стала почти анеГдотом. Допустим, ползет блоха. Наука пишет трактат: «блоха ползет». Сказать что наука это доказала было как-то неприлично, но ведь для сельской местности даже выпускали журналы «наука и жизнь» и «техника молодежи», где стабильная фантастическая чернушка про таинственные черные дыры, соединящие весь мир с бермудским треугольником, была слегка лишь разбавлена упоминанием всяких незначительных научных открытий в разных областях, а чаще достижениями в животноводстве, и колонками юного шахматиста, ради которого журнал, большей частью и выписывали, потому что советские шахматисты были вперде и каждый хотел походить хотя бы на Карпова, раз уж здоровьем не выдался походить на Гагарина. Из журналов вслед за учоными народ стал образовываться, что удивительное продолжает оставаться рядом, но наука отчего-то упорно молчит о причинах, заставляющих блоху ползти. Чтобы как-то утрясти конфуз, наука сообщала, что блоха голодна, вот и ползет. На причину это не тянуло, скорее на отмазку.

укатано )
ignaty_l: (Default)
продолжу..
В самой природе человека, как и любого живого существа, нравственные установки не закреплены. Не врожденны. Нравственность формируется так же как и речь, язык постепенно, и составлена из сложного комплекса рефлексов. Врожденна в человека только такая интуитивно понятная вещь как добро. Врожденна значит, что добро свойственно самой природе. Природе не только человеческой, а – любой. Но что есть добро? Православные учат, что добро это то, что человеку назвали добром. Это неправда.
Можно развернуть по порядку. В первую очередь это сама витальность. В самом понятном смысле живой и значит - добрый. Никто не старается сделать себе плохо, а только хорошо. Если бы – представим – человек был на свете совсем один, то всяческое ублажение самого себя и было бы абсолютным добром. Но вот появился рядом другой. Он тоже живой, он всячески хочет – его природа так требует – себя ублажать. Ублажать себя, ублажать другого – будет, естественно добром. А если другого не замечать, а только продолжать себя ублажать, это – как? Ну не замечать же не получится, он же маячит рядом, траву апельсиновую щиплет. То есть можно ли игнорировать? Тут мы получаем еще одну характеристику добра. Добру нравится все доброе, потому что доброе и живое, как мы говорили – одно и тоже. Но след вопрос – а что значит «нравится»? Что такое заложено в живом существе, что ему симпатично все окружающее? Вот, допустим, если бы волк не испытывал голода, и запахи бы его не тревожили – стал бы он разве грызть овцу? Любое живое существо ищет чем себя разнообразить, развлечь. То есть постоянно избирает способ существования, которое по умолчанию считается долговечным. Одно любое живое существо для другого любого живого существа является объектом внимания, интереса. Если не исключать наличествующий пищевой интерес, то мы увидим, что животные одного вида будут симпатичны всем прочим из своего вида, а если не исключать половой интерес, то самой сильной привязанностью оказывается дружба. Мужчины человеческие между собой и женщины между собой привязываются друг к другу из чистого добра. Благорасположения. Им не надо друг-друга есть, и не надо друг с другом жаниться. Их обоюдный интерес совершенно выведен из области присвоения. То есть мы поняли что «нравится» это когда друг с другом хорошо, и даже лучше, чем друг без друга. (В этом смысле жаниться без присвоения друг друга лучше, чем не жаниться, но на практике почти недостижимо, так как тотчас резко возрастает вероятность использования, что подробно расписал Павел.) И стремление к лучшему тоже естественно и превосходно входит в понятие добра, ибо как мы говорили, никто не пожелает себе худого, а только доброго. А делать доброе еще добрее, то есть – лучше – свойство всего живого.
Суммируем. Добро это жизнь, которая ведет себя так, словно бы она уже была в вечности, не имела конца. Упростим до конца. Добро это: воля к жизни. Или, если убрать предлог, еще проще – воля жизни. Божья воля, короче.
Итак, человек не нуждается ни в какой иной дополнительной приставки в виде нравственности, и вообще никаких встроенных «законах» кроме того, что у него есть жизнь. Которая сама все показывает и осуществляет как надо, если он ее любит. Как и всякому сильно ограниченному существу, человеку от Бога дано в этой жизни ограничиться любовью к себе подобным. К своему виду. Человек пока не может возлечь рядом с ягненком, так как ягненок все еще его пища. Так же вряд ли он может возлечь рядом с женой своего друга. Но не грызть и не залезать на свого ближнего он вполне уже способен, так же, как на это способны вол, свинья, верблюд и шакал. Человек разве хуже?
Этот вопрос Бог часто задает человеку. Не думай что ты хуже свиньи. Нет. В некотором смысле ты даже лучше получился. На задних лапах стоишь вполне твердо, свистелку из бамбука научился делать, и прочее. Но внутривидовые отношения у свиньи совершеннее, и Бог пришел не праведную свинью спасти, а грешного человека.
Но так же как Будда, мы знаем еще, что в мире есть зло. И оно не вечно. И оно может быть уничтожено. И есть Путь. Это мы вкрадце сейчас пересказали Четыре Благородные, но Христос принес Одну Благородную: есть Жизнь. Она и есть Путь. Идущий этим Путем может обойти смерть стороной. Он – этот Путь – никакой не восьмеричный, он вообще не цифровой.
Зло, как сказал Будда, не самобытно. Оно было не всегда и будет не всегда. Но от него нельзя уйти в себя, как научил Христос, так как уход в себя не устраняет даже причину зла в себе. Здоровое долго не протянет в окружении больного, если не станет лечить больное вокруг. Свет, который в тебе, не развеет даже тьму в тебе, настолько он слаб и нерешителен, а какова же тьма во вне?
Путь – Истина – и Жизнь для человека в том, чтобы делать добро вокруг себя, не оглядываясь на зло. И такой будет воскрешен в последний день, как очевидно принадлежащий и узнанный Жизнью, и призванный ею войти в ее несуетливый покой. В живых Жизнь подтверждает себя как дар – не как награда – и живой подтверждает свою любовь к Жизни. Никаких прочих «любовий к Богу» кроме любви к себе подобным не существует. Любовь же к себе подобным заключена в том, с чего мы начали. В доброй воле. Хотеть и жить и хотеть добра – одно и тоже. Хотеть жить себе и желать жизни ближнему – одно и тоже. Любить Бога и желать жизни всем живущим – совершенно одно и тоже. Никакого нарисованного с головой в треугольнике Бога просто не существует. Это фантом, придуманный для убеждения человека в необходимости любви к начальству.
Никакого нравственного правила, встроенного в наше естество – нет. Мир как воля к жизни и вера в ее свершение – вот все что есть очевидного без всякой мудреной науки. Закон, писаный на скрижалях гласил: совершай добро и не совершай зла, и будешь жить. Что такое добро и как оно узнается, можно было бы и не писать, если бы человек от юности своей сохранил это очевидное, не будучи испачкан правилами, воспитавшими его в жестокости. От этого и очевидное приобретает иной привкус, перестает быть лёгкой ношей, и становится бременем неудобоносимым. Желание другому зла просто вспухает на правилах, стремящихся обозначить как можно больше зла, вместо того, чтобы указать один раз на добро. Правило на правило обозначают зло тотальным, оно и становится тотальным, так как становится единственной темой, убивающей сам смысл «субботы для человека». Правило становится бесчеловечным, становится нарочным средством манипулиции одних людей – другими. В приобретении «нравственности» из которого вырастают новые поколения.

(еще потом продолжу)
ignaty_l: (Default)


Ну теперь можно по тезисам.
Бог есть Жизнь. Не в поэтическом, не аллегорическом, не титулярном, а в самом прямом смысле. Это не значит, что Бог есть всё, что нас окружает.
Нет. Бог есть во всём. Во всём есть жизнь, и все что существует, существует благодаря Богу.
Итак, Жизнь есть Природа Бога. Это совершенно очевидно, явлено всем, не нуждается в специальных знаниях, семинарском или университетском образовании, для этого не надо корячить себя постами, читать святых отцов, иметь спецподготовку и духовный сан, для этого не требуется даже религиозность.
Это – просто. Простым мы называем то, что понятно совершенно на любом уровне знания и принимается без доказательств как очевидное.
Но помимо жизни в мире есть смерть. Смерть не самостоятельна, она есть изуродованная жизнь. Она есть – болезнь жизни. Смерть не естественна (то есть не обладает оригинальной природой), и распознаем мы смерть по этому признаку. Смерть так же есть во всём, а правильнее – на всём.
Отделить естественное от неестественного означает выбрать жизнь или смерть. А если точнее – избрать себя спутником жизни или смерти. – Обручиться.
Обручившийся с жизнью – жить будет вечно, так как жизнь – вечна.
Избрание себе в спутники жизни также не требует никакой спецподготовки. Свобода и добро – энергии жизни, ее действия, и достаточно совершать эти действия, приучать себя к ним, чтобы быть обрученным с жизнью. Так как жизнь есть во всем и во всех – также совершать добро и свободу доступно каждому без исключения.
Конечно, совершать добро и свободу невозможно в абсолютной, т.е умозрительной (теоретической) мере. Невозможно прописать теорию совершения добра в мире, где зло моментально и с лихвой заполняет свой недостаток (Мф.12; 43-45). Добро не оценивается как закрытый файл, но всегда как процесс.
Подавляющее большинство болезненных энергий, совершаемых в мире, относятся к разряду врожденных. И неизлечимых в этой жизни. Там где зло «способствует» процессу жизнеобеспечения, человек приучил себя ставить барьеры на пути распространения зла. Барьеры эти не устраняют природу зла, и не «заставляют» ее «служить добру». Они просто оставляют зло попутчиком, которого надо перетерпеть (2Кор.12; 7-9), поставляя терпение тоже добро-детелью. Деятельной энергией добра. Таким образом, выбор добра в таких «стихийных» (духовных) болезненных проявлениях как голод, половое напряжение, агрессия требует терпения, то есть самодисциплины, ориентированной на социальную реакцию. Между личным удовлетворением и не нанесением вреда ближнему, добром будет – второе.
Если с персоной тут достаточно дисциплины, то задачей социума, полагающего себя переносчиком добра будет не однообразный призыв к дисциплине, а усилия, прилагаемые на устранение причин, вызывающих регулярные обострения болезни. Невозможно бесконечно призывать слабого к дисциплине. Еще более жестоко требовать прописанной дисциплины (исполнения моральных требований) при поощрении социального неравенства. Запрещать проявления болезни, это все равно, что запрещать калекам выходить со своими увечьями на улицу. Таким образом, в задачу социума входит и организация достаточно просторного комфортного личного пространства для наиболее слабых и незащищенных (1Кор.12: 22-24), понимая, что их нужда и состоит именно в этом – в приучении себя мерять по самым слабым. При том понимании, что больны все равно все, и открытые болячки просто понятнее, чем невидимые, и кажущаяся благовидность и благообразность может скрывать жесточайшее зло.
Но это же не означает замены одной системы разрешений-запретов – другой системой дозволений-запретов. Одной морали – другой моралью. Приучаться не к привилегированности, а к заботе можно только поставляя добро-детель выше всякой морали. Процесс – выше закрытого файла.
Понимая, что единственно ценностью является сам жизнь, а не средства доставки нужд населению, социум, между тем, не должен прописывать тут приоритеты. Как процесс не может начинаться с обнуления (с объявления всех богатыми и здоровыми), а должен к этому стремиться, так же он не может начаться с вульгарного переписывания приоритетов. Добро-детель может совершаться в любом звании (1Кор.7;20), и в любом же звании использовать всегда относительную выгоду своего положения. Починкой мира удобнее заниматься начав с малого, поэтому же маленькая церковь лучше большой, как сельским хозяйством правильнее начать заниматься с шести соток и не хвататься на двадцать гектаров до тех пор, пока на сотках всё, мешающее свободно расти, не будет выполото.
Поэтому же Христова церковность это и структурная революция, то есть – откат в ту эпоху, когда максимальной социальной единицей было еще даже не племя, а семья. Это построение социума в социуме, со всеми признаками полноценного социума, и подобная семейно-племенная организация церкви может начинаться и заново, и происходить в любую эпоху. В постоянной возникающей нужде и практической несложности, а главное – удобстве такой организации, и заключена часть того, что входит в общее понятие неодолеваемости ее адом универсализации зла.
Бог это Жизнь, а жизнь не нуждается в культе, так как культ всегда стремится рассечь причину со следствими. Бог есть Жизнь, и Он есть Причина, но причина, познаваемая в видимом (Рим.1;20), в следствиях самой себя. Языческий культ есть фрагментация славы (явления) Бога до образов, с последующим поклонением образу (Рим.1:23). Культы же «монотеизма» состоят в постоянном сокрытии - и вообще устранении - явления, и таком же точно создании синтетического образа, все дальше отстоящего от Первообраза.
Бог, как сказано, есть Бог живых. Про морально устойчивых не сказано. А живые это добро-детельные; свободные и терпеливые.
Мораль не «призывает» к добродетели. Она назначает одним поступкам «силу» добрых, а другим – злых. Да еще в насмешку заставляет к себе «стремиться», то есть прилагать какие-то усилия, чтобы превратиться в злобного ханжу и зануду. Человек прикладывает усилия к построению такого общества, в котором он хочет жить. Чаемые человеком социальные отношения лучший индикатор, по которому можно узнать об устремленности человека к Богу, чем персональные его богобоязненность и негреховность (1Ио.4:20), именно потому что Бог нелицеприятен, не строит отношения тет-а-тет, и подобие Себе усматривает в подобной же добро-детели, которая есть благотворение для всех без исключения (Мф.5;45)
Жизнь и добро возвращается циклами, смывая накопление зла. Это замечено не нами. Этим циклам в разных культурах придуманы свои названия. Цикличность зависит от сложности природы явления. Одни рождаются и умирают и снова рождаются – часто. Другие редко. Или вообще только одна попытка. Всё зависит от сложности природы. Жизнь человека составлена из сложных жизней. Представьте себе банду. Ее всю отловили, рассажали по тюрьмам. Выпустили через 20 лет. Захотят они снова собраться в банду? Захотят ли, ставшие свободными, снова шарахаться по пустырям, а после опять загреметь за решетку?
Вот то-то и оно.

(отлучусь на некоторое время из интернета)
ignaty_l: (Default)
Продолжу…

«Ты Сам о Себе свидетельствуешь, свидетельство Твое не истинно».
А как же быть с узнаванием? Со свидетельствованием? Сегодня он добрый, завтра он добрый, а послезавтра – раз, и малолетку изнасиловал. Или часики - вот тут на пианине лежали – спёр. А другой, вроде и бы злющий, и орет на всех, но и часики при нем лежат, и малолетка в сохранности. И дело свое выполняет. Даже если по семьдесять раз на дню его прощать, и выслушивать про «бес попутал», то, как быть уверенным, что он просто не внедрился, найдя таких всех из себя прощающих? Вот она, необходимость закона. Да и морали тоже. Любовь, как ее измеришь без дел? Да и на общую испорченность природы человека надо брать поправку, и причем – серьезнейшую. Страсти у всех бурлят, а значит и аскетика необходима, особенно паседьмой.
Что будет о человеке свидетельствовать, как не исполнение общих правил, а? Тем более - проверенных. Отцы составляли, составляли… Будь ты хоть добрый. Хоть святой, но если против правил идешь, то подозрения все равно останутся. А ну как завтра выкинет что такое, и опять будет доказывать, что закон ему не указ. Через годик все малолетки будут изнасилованы, и все часики унесены. И концов не сыщешь.
Короче – механизм давай.

укатано )

ignaty_l: (Default)
Иов говорит своим нудным приятелям, что мораль хороша, пока человек живет во здравии и достатке. Он может трепаться о моральных законах, которые сам выдумал, сочинять наказания для нечестивых, но всё это - пустые слова пока его не коснется тень смерти. Реально же человек подыхает, и не знает ради какой такой морали ему все это приходится терпеть. Чем больше говорит Иов, тем больше укрепляется подозрение его дружков, что тот нагрешил где-то втайне и не хочет покаяться перед смертью.  Они читают ему мораль, нудно, методично. Он отвечает им – не видите что я в полной жопе? Было-бы в чем каяться – давно бы покаялся. Но лицемерить не могу. Вы – дибилы, открыто он им говорит, всё не так. И праведный подыхает, и неправедный подыхает, и нету тут никаких правил. Никаких_правил_вапще – Понятно? А если никаких правил, то нет никакой и морали. Это неясно? Дружки, кстати, начали мягко («Богобоязненность твоя не должна ли быть твоею надеждою, и непорочность путей твоих - упованием твоим?»), а кончили совсем уж свалом: «Верно, злоба твоя велика, и беззакониям твоим нет конца.  Верно, ты брал залоги от братьев твоих ни за что и с полунагих снимал одежду». Иов уже понимает что перед ним придурки и лицемеры, но также понимает, что лицемерие вообще норма всех человеческой жизни. Впадая в прострацию, он и себя вспоминает на словах лицемером, которого слушали открыв рот только потому что он богат и знатен и состоял на хорошей судейской должности. Но при этом никакой аморалки. По бабам не ходил, нищих кормил вдоволь, богатством не хвалился, врагам не мстил. Под конец  в разговор Иова с друзьями встрял молокосос, и предложил новый богословский подход. Святоотеческий. Да, мол, греха за тобою не было, тут ты все доказал правильно, «но ты преисполнен суждениями нечестивых: суждение и осуждение - близки». Понятно – мозг был неочищен. Помыслы имелись. За это и получил. Иов на эту ерунду так и не успел ответить, как тут пояляется Бог.
Бог - Иову: ты видишь как тут всё шуршит, журчит, шкварчит, прыгает и носится сломя голову?
Иов: вижу.
Бог: вот это всё Я наворочал, к этому есть претензии?
Иов: к этому нет.
Бог: а к чему есть?
Иов: есть памарале.
Бог: а-а.., а памарале это не ко Мне.
Бог говорит Иову, что судиться в принципе Он с Иовом мог бы, но правил и вправду нету, как Иов и догадался, по которым можно было бы считать что у видимых причин есть невидимые понятные следствия. Тут все для человека так сумбурно устроено, что сама жизнь и есть понятное, а остальное все непонятно: «ты хочешь ниспровергнуть суд Мой, обвинить Меня, чтобы оправдать себя?.. взгляни на всех высокомерных и унизь их… тогда и Я признаю, что десница твоя может спасать тебя». «Десница спасающая» еще один намек на то, что Иов работал по юридической линии. Моралью занимался. Но памарале Бог судиться с ним не хочет, потому что и правда мораль не является критерием, по которым Бог избирает Своих. Проще говоря – это не есть правило. Люди судятся, рядятся, а правдой является вот это шкворчание и журчание, и неостановимый бегемот. То есть – верно ты всё понял про мораль. Говно она. Условность. Тут же и ответ на вопрос сатаны: «даром ли богобоязнен Иов?». Выяснилось что – да. Даром. Не в долгом сдерживании от роптания. А в том что просек фишку и роптал по делу. Не бился в соплях лицемерного покаяния, а совершенно просек что причин – нету. На призыв «давай судиться» Бог не выставил Иову списка его грехов, не повел по мытарствам, а показал как рыба плещется в воде. Аргумент, который дружки Иова не поняли, или поняли что как хочу, так и ворочу. Бог так и не ответил «за что» Иову было все это. Иов сам ответил – ни за что. Неверный ответ и что «спор» с сатаной  случился. Что касаемо самого спора, то это явная человеческая присказка. Сама сказка о причинах человеческого богоискательства. Есть ли связь между человеческой моралью и Богом? Связи нету. Связь между самой человеческой жизнью и Богом – прямая: «вот бегемот, которого Я создал, как и тебя; он ест траву, как вол». У бегемота нет морали, он жуёт себе и жуёт. И доволен как свинья, и при этом: «это - верх путей Божиих; только Сотворивший его может приблизить к нему меч Свой». Ясно кто вершина творения? – бегемот.  И судить бегемота может только Бог. Иов, столько лет проработавший судьей, получил дополнительное сверхъюридическое образование. Человек не пуп земли, и все беды, которые на него сваливаются, принципиально неотличимы от бед всякой ползающей твари. Которая богобоязненна совершенно даром. Даром – значит не требуя взамен за хорошее поведение хорошей пищи. Поведение у бегемота отвратительное. А жрет он свою баланду вообще бочками. Так что сам ропот – правильный. А вопрос «за что?» - неправильный. Друзья вообще дураки, а ответ Иова вполне верен. Ни_за_что.
Ни даже в том смысле что «просто так». Причины – нету в Боге. И через мораль причина тоже не находится.  Между хорошим поведением и спокойной жизнью связи в Боге – нет. В сатане – есть. Но это вопрос другого завета.
ignaty_l: (Default)

Продолжу.

Православные - эти (тряся кистью руки) - святые отцы, едрить их через утюг, захлёбываясь от соплей собственного восторга, учили крестьянство, что заповеди - "сверхестественны".
Что "любить ближнего" не естественно, что естественнее и даже правильнее, ближнего следовало бы ненавидеть.
Но бох любит когда его слушаются, послушание нравится превыше даже любимых блюд из поста и малитвы.
Раз написал - любить, значит надо искать в себе любовь, ну а поскольку слово любовь прочно и давно ассоциируется с половым актом, то силомометр божественной любви должен бы паидеи фиксировать куда более мощное чувство, чем вульгарис половой акт.
Да чо чуть что святые отцы, вон тот же Голышев, помянем его всуе пока не видит, надрывается, что Христос принес учение «от которого крышу сносит», главное тока  нияпстись, чтобы не занижать достоинства крышесноса.
И возникли, значит, байки что отошедшие кахоспаду таким мощным чуством и обладали все.
Любили так, что .. – ухх как любили, карочи.
Из той-же крокодильей сказки «богословское мнение» про грешников, сгорающих в той самой любви люкс-класса.
Все кто видел Свет, думаю согласятся со мной, что такое, или любое подобное, богоявления обладает мощнейшей витальностью.  То  есть, как бы необычно оно не выглядело, его природа понимается чувствами как естественная, не имея никаких органических отторжений. Там нет никаких морально-нравственных оттенков, которые с какой-то стати вдруг стали бы «жжигать» закостенелаго грешнега, уважая его выбор. Как раз «выбор» там не уважается, попирается в два счета, просто смывается как ненужная, мешающая, бессмысленная болезнь. Без вопросов – хорошо ли тебе с болезнью, оставить ли ее, уважив, и т.д.
То есть в заповедях, конечно, в отличии от канонов и прочей православно-католической чепухи, никакой морале-законов не содержится, а прописаны просто нормы естества, по которым можно себя всегда сверить. По которым социум должен себя определять. Соответствуют ли его законы - жизни. Живое ли общество, или уже дохляк. Что в обществе считается нормой. Хочу отметить, что это  не универсальные законы жизни. Например, есть говядину и вправду попущено. Не потому что «человек вышшее существо». Говядину есть и волку попущено. Не обольщаяйся, человек. Просто «закон сей» дан для человеческого социума. Заткнитесь, мол, что вы что-то можете там для мира высокое и ценное сделать. Попробуйте в пределах своего биологического вида друг –друга не жрать, и тогда будете не хуже волков. А высокого и ценного в вас не больше чем в мотыле, который, в отличии от вас, и без пришествия спасается..  Кстати, как Христос и ученики не доносили эту простую мысль, она так и осталась непонятой, расшифрованной как всегда через задницу и через гордыню. Ну так вот.  - Заповеди даны человеку как биологическому виду. Грехопадшему, естественно, иначе бы зачем бы они были нужны. Как в пределах человеческого  вида оставаться человеком, не становясь демоном. И довольно с вас. Ваш высокий статус потом рассмотрим, не для статуса вы покупались дорогой ценой.
Регулировать естественное человеку плохо удавалось. Логика проста. Что убивать нельзя – понятно, а что делать с убивцами? – Если убивать, нарушаем заповедь, если «прощать», то этак все начнут резать друг друга. Поэтому – убивали. И камнями закидывали почти по каждой статье закона. Ах бы Бога не любишь! – на те в лоп!
Второзаконие возникло для профилактики правонарушений. Что такое естественное народ более менее просек - лучшая его часть, жречество, «интеллигенция». А вот как искоренять противоестественное – вопрос стоял остро. На корню вырубать еще в поползновении, или дать разрастись до злостности. До какого момента терпеть?
У разных народов судебная система развивалась по разному. Убивали, заставляли выкуп платить, изгоняли. Законы становились все жестче. Законы сожрали человека.
И вот Христос сказал, что создаст социум, в котором не будет системы запретов-разрешений. Где благо люди будут совершать по естеству. Потому что оно им естественно. Собственно обнулил закон, как и сказано. Исполнил.

Позже продолжу еще.

ignaty_l: (Default)

Мёртвое совершенно невозможно представить в вечности, даже в бесконечности. Если материю считать «мёртвой», то «мёртвое» непропорционально больше, «здоровее» живого, приютившегося на задворках вселенной. «Мёртвость» материи»- сильная сторона материализма только на первый взгляд. «Мёртвость» же материи очень слабая сторона почти всех теизмов со всех сторон. Материалистам трудно объяснить, как это мёртвое шарахалось бесконечно в пространстве,и откуда оно там взялось, даже «расшеряемо-сужаемость» выглядит хреново; - но зато всё достаточно просто объясняется «по факту». Монотеистам же очень сложно объяснить граду и миру, что значит: «Бог был всегда».  Тоже только «по факту», вплоть до «богооткровенного знания», что всё это «всегда» Бог нежился Сам-в-Себе, пока наконец не стукнуло предвечно посовещаться и щелчком пальцев навалить груду мёртвого хлама.

«Богооткровенности», кстати, в монотеистических спекуляциях – особенно «христианских» - еще меньше чем в индуизме - натуральная философия. Ну кому было «открыто» про «совещание предвечное»? Сказка и сказка, причем, даже без изюминки. Додуматься до такого можно только со скуки, и при полном отсутствии всякого воображения.

Атеисты последнее время поднаторели даже соглашаться с «бытием Божиим» в «нашем сознании» - тоже фантазия на уровне «предвечного совещания», и тоже полное отсутствие изюминки – скука.

Одним словом – и те и другие болтают приметно одно и тоже, примерно на равных позициях.

Любое рассуждение о бытии Божием должно начинаться с того, что «мёртвого» вообще ничего нет. Во-первых это просто очевидно, во вторых снимает проблему дурацких объяснений. Всё что мы видим – живое. В тех или иных формах. Живое было всегда. Живое никогда не вываливало из себя мёртвое, не могло даже его породить. Тогда становится понятной и природа Бога, и Его творение.  Но вопрос – как, наверное многие уже догадались – надо ставить так, что природа первичней личности. Мне кажется, это тоже очевидно, поскольку – как многоразово уже писал – личность есть обнаружение природы, ее открытие. Проблема христианского монотеизма в том, что он не приобрел никакого внятного представления о «природе Бога», сосредоточившись на «ипостасях». «Ипостаси», дескать, плавают в каком то субстрате «света», а «больше нам знать не положено». В общем – возьми за шкирбон любого монотеиста, спроси – как он представляет себе природу Бога – нифига не ответит, прикинувшись благочестивым. Низко пригнувшись на карачках, не подымая глаз… - «другое», короче.

ignaty_l: (Default)

Итак, отцы дерзко отважились сказать, что Бог присутствует в мире посредством  Своих энергий = Своих действий. Умилительным в паламизме является уточнение деятельности, т.е. – излучения энергии. Она – нетварна.

Ну это уже хоть кое-что, и то неплохо. Раз уж нетварные энергии человек способен ощущать при некоторых условиях, то что скажем о - тварных энергиях духовного мира?

Папаламе, которого буквально все настоятельно рекомендуют друг-другу читать (обращение «читай Паламу» в православии означает самую низкую степень презрения к собеседнику, примерно такую, как на обезьяньем языке таковым является закидывание говном) получается некая перевернутая тавталогия. Бог – никто не возразит – Творец. Его действия (энергии) – по определению нетварны, т.к. Бог нетварен, а  -  как сказано – Творец. Для чего переливать воду из одного копытца в другое копытце? – Чтоб стать не козлёночком, а ослёночком? Зачем так много богословить, чтобы высоким штилем сказать банальность. Человеческие энергии – не мушиные энергии, и не мышиные, а собачьи – не кошачьи. Это козе понятно, так в чём тогда фишка паламизма? – Что он донёс до совсем уж идиотов мысль, что Бог в мире присутствует не одними только указами. Но фишка-то не сыграна, т.к. выдача указа – тоже энергия, и кто язык повернет сказать, что она – «тварная»? Ну да, не всё и не всегда должно быть в виде «Света».

Итак Бог в мире Своими нетварными – это мы уже поняли как банальность – действиями – действует. Крайне однообразно, да? Сыпет энергиями на головы исихастов выборочно. Если выборочно, то это – ересь, потому что Бог нелицеприятен. А если не выборочно, то паламизм, если из него изъять всю напудренность и гламурность, приводит ко вполне адекватным выводам: Бог в мире действует, и действия Его в мире – видны. То есть даже Такая Духовная Сущность как Бог – оставляет видимые следы Своего присутствия.

 

Потом продолжу   о - тварных энергиях духовного мира.

ignaty_l: (Default)
Бог сотворил мир - жизнью. Не ирония ли  завернута в определение, что Бог сотворил мир "из ничего", и остается для мира запределен? Попробуем разобраться в этом? - Жизнью, т.е. - Собою Бог сотворил мир. Что представляется в этих словах ревнителям, хорошо знакомым со всеми античными заблуждениями, "отвергнутыми церковью"? Представляется - "эманация", "отстегивание от Себя".
Не странное ли мышление было у тех, кто заблуждался, и тех, кто мыслит точь в точь как заблуждавшиеся, но - "отвергая"... -  Что?  Заблуждение или свой образ мышления? Уж лучше было бы "отвергнуть" последнее и остаться  совсем без мышления, чем выглядеть попугаями.
Уж как только ни изощрялись люди, в определении понятия "жизнь".
Read more... )
ignaty_l: (Default)
Православные христьяне меня совершенно умиляют своей студенческой верой в то, что все кругом духовные дураки, а они одни духовные умники.
Продолжим. Жизнь это природа Бога. Об этом говорит Павел: «Что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им. Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы, так что они безответны» (Рим. 1: 19, 20). «Божество» явлено в кролике, и если смотреть на кролика, то видно и Божество, и Его вечная сила и слава. На любое творение глянь, хоть пернатое, хоть гладкошерстное, все объединены одним – из них выглядывает Божество. Общее, что всех объединяет – жизнь.
Поэтому и уточняет Павел, что: «славу нетленного Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся». Павел говорит о фрагментировании Бога, когда Единое отсекается и выносится за скобки. А оставшееся затем дробится. Содержание, общее (слава) – то, что является общим для всех - заменяется формами, образами. А что общее? - общее то, что все существа живые, в этом их общая слава, их подобие друг другу. Но каждое бытие обособленно в форму, форма наделена своим образом, видом. Образ есть факт самостоятельного бытия, а подобие – факт приснобытия, понимающего свою самостоятельность как дар Божий . Наделение отдельных образов самостоятельными божественными функциями, означает что общее-жизнь выносится за скобки и не рассматривается более. На первую роль выступает «индивидуальная черта» - в данном случае всего образа. Образ может быть и зооморфный и антропоморфный – о чем и пишет Павел. Но в любом случае, он получает в удел, во владение некоторые функции. Меркурий отвечает за торговлю, Диана за охоту, и т.д. Вступают в силу договорные обязательства. Но договор с «высшим существом» это всегда закон. Ты должен принести петуха Асклепию, чтобы он тебя вылечил, или быка – чтобы хорошо вылечил. У бога, как у чиновника, имеются потребности, содержание которых не всегда понятно – зачем Асклепию петух? Но это этикет, то есть в общении с образами надо следовать общепринятым нормам, этике. Этика эта всегда автономна, цель ее норм не ясна. Асклепию нужен петух – и все.
И теперь спросим – так ли отличается языческая автономная этика, от христианской? - Когда природные свойства – объявляем этическими нормами.
Павел говорит: «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона» – Нет закона. То есть это не этические нормы, а природные свойства, которые надо в себе просто пробудить. Бог совершенно не требует всему этому «следовать по закону». На тех, кто следует естеству и дао – на таковых нет закона. Христианство же разбивает природу на фрагенты автономной – независимой от природы – этики.. Так ли велика разница между языческим фрагментированием Бога и, тем, как разбивает современное христианское богословие природные Его свойства, на лишенные всякой связи фрагменты непознаваемой автономной этики? Разве жизнь, не нуждающаяся ни в каких оправданиях, являщаяся связуемой всех законов и заповедей, суть которых и сводится к любви и узнаванию повсюду жизни и ее поддержке, питании и сбережении, - разве, уточним мы, сейчас она не фрагментируется точно так же – по языческим образцам? Разве заповедь «возлюби» имеет хоть какие этические корни? Разве она не говорит о том, чтобы узнать в ближнем, то, что составляет с ним общее? – Жизнь. «Самого себя» - себя подлинного, живого, т.е. – открытого, расширяющего свое «я» до всякого встреченного.

Аминь +
(это была пропаветь)
ignaty_l: (Default)

Когда мы говорим, что Жизнь это - природа Бога, то мы видим горящие глаза догматистов, хорошо знающих по Филарету, по Алипию, и Исайе, что Бог творил мир «из ничего».

Опс,  Бамс, и есть мир, на счет – рас-два-три-четыре-пять-шесть… - спать.

Чота затянуто, не кажется, для «из ничего»?.. кх…

Ну, короче, за шесть суток, из ничего.

А если природа Бога – Жизнь, то «из ничего» не получается.

Получается еретическое «из Себя».

Уж неизвестно, над кем издевались святоотеческие мозги такой постановкой вопроса, ссылаясь на данный текст: ««Умоляю тебя, дитя мое, посмотри на небо и землю и, видя все, что на них, познай, что все сотворил Бог из ничего и что так произошел и род человеческий»» (2 Мак. 7, 28).

Вообще то род человеческий произошел из глины и из ребра, поэтому дополняющее «что так», плюёт на всю наш догматику словами женчины, которая эту догматику и вдохновила.

Итак, пока догматика не разберется со словами: «что так произошел и род человеческий», будем считать, что в догматике этот вопрос не решен.

Плюнем временно на догматику, которая выясняет какой смертью умирают враги православия, а какой – его преданные сыны, и разберемся с творением мира.

Живой Бог сотворил живой мир.

Сотворил тем, что дал миру жизнь.

А жизнь явление исключительно духовное, имеющее материю своей оболочкой.

Даже так скажем – колонией. Да, материя это колония жизни. И жизнь в этой колонии настолько буйная, что энергии жизни уплотняются до сгущения. Да – материя это сгущенная колония жизни.

Жизнь, конечно, не обязана колонизироваться, но духи существа общительные, им скучно в одиночестве, и, к тому же, они любят обживаться в своих мегаполисах, строя из них разные атомы, и прочие мезоны – это колонии подобных.

Подобное стремится к подобному – это известно. Сами же духи никакой материей не обладают, они обладатели жизни. И строители жизни.

 

Продолжу еще потом.

ignaty_l: (Default)
Кстати, Игорь своим мифическим Лионским напомнил, что говорил Павел по поводу вот этого: "так как живое найдет Живое нюхом, то этика это лишь человеческий рецептор узнавания Жизни или узнавания смерти. К чему нюх тянется, туда человек и юркнет."

Павел же подтверждает это так: "Ибо мы Христово благоухание Богу в спасаемых и в погибающих:  для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь" (2 Кор. 2: 15-16).
ignaty_l: (Default)
У меня нет интернета, поэтому письма в меня иногда влетают, я их прочитываю, но вмешаться не позволяет погода.
Поэтому реагирую на все вместе сразу, если удастса отправить.
Алексей верно заметил, что выбор между «Бог - этическое существо» и «Бог – живое существо», это выбор по сути между: «Бог есть Жизнь» и «Бог есть Закон». Второй «выбор» имеет частный случай в выражениях Игоря Кугридера. У него прямо получается, что: «Бог есть – беззаконие». Личинычу не нравятся пальмы с голыми Паламой и Египетской, ему в этом почему то мерещится «тупая биология». Угадать ход мысли бывшего старца не представляется возможным. Почему Жизнь это непременно «биология», если Бог и вправду Жизнь: «Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня».
«путь и истина и жизнь» - слова расставлены по восходящей к: Отцу, к Жизни, к Богу Живому.
Истина есть направление Пути в Жизнь, и тут спорить не о чем.
Вообще – то, что этика не может иметь привязки к самой себе – совершенно очевидно.
Собственно нравственный закон, который внутри нас, говорит, что жизнь самодостаточна и не нуждается ни в какой этике. Любая этика, по словам Христа оправдана, если она направляет на узнавание подобного. Ближний – это «оказавший милость», а милость это не прочитанная над телом проповедь о спасении. Милость это - спасение; - жизни: «Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком».
И не надо огород городить из слов, доказывая, что бывает такого рода витальность, что вокруг себя все выжигает. Это не витальность, это как раз биология раскрученная демонологией. «Бог это Жизнь» – означает, и, что все живое – Его. И кто чувствует это в себе, тому не нужна никакая этика. Любое живое – Его, значит – мне подобное. В узнавании подобного заключена вся этика, весь закон и пророки.
ignaty_l: (Default)

Сегодня прочел: «Бог — этическое существо».

Фик вам.

Бог  Существо Живое, Животное. И этическими вопросами не страдает, поскольку Ему есть от чего страдать: при родах, с похмелья, при болезнях, умирая – Бог страдает, не задаваясь этической стороной Своих страданий.

А все этические страдания и головоломки – это «груз 200», груз ада, это все в охапку и в ад. Кто отцепится, тот вне ада.  

Бог настолько Животное Существо, что Он совершенно и не «над этикой», как учит учитель Кугридер. Он совершенно вне этики, а так как живое найдет Живое нюхом, то этика это лишь человеческий рецептор узнавания Жизни или узнавания смерти. К чему нюх тянется, туда человек и юркнет.

Либо с охапкой своих этических вопросов в смерть, либо, отринув этику как «вопрос жизни и смерти» - к Богу. Однажды унюхав пищу, говно не обнюхивают, как и учит нас учитель Павел.

ignaty_l: (Default)

Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон. И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе

Ибо если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертью Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнью Его.

Логика Христа и след - Павла: перед злом тут и Бог бессилен, ибо у Него нет продиводействия злом на зло. Сила Бога проявится в жизни, в воскресении. А это не противодействие, это - действие. Естественное, закономерное. Смерть - не сила Бога, не Его действие. Сын Божий умирает как все. Грешный, безгрешный - без разницы. Вас повязывают на чувстве вины, оправдывая вашу смерть, но не верьте, тут и безвинный обречен. Тут вообще все обречены, и в этом состоит суд миру, в котором все обречены: и виноватые и безвинные. Суд в том, что и повязанные на вине - привлечены будут Вознесенным как безвинные. Нет повязанных на вине. Нет возможности для манипуляции. У манипулятора отобран пульт.

Логика мира, естественно, прямо противоположная. Все виноваты, все повязаны на смерти, всем каяться, бояться, слушаться. Виноватый есть объект для манипуляций. Манипулятор подобрал новый пульт.

Тут и проходит разделение. И никаких полутонов. Когда из одного сказанного образуются два противоположных мнения, то одно из них считается ложным. Первый закон формальной логики. Ложное мнение есть мнение антихристово. При этом надо помнить, что манипулятор всегда подберет пульт, если есть программа, с которой он умеет работать. А дальше: «алгоритм — это всякая система вычислений, выполняемых по строго определённым правилам, которая после какого-либо числа шагов заведомо приводит к решению поставленной задачи» (с).

ignaty_l: (Default)
Бог это - Жизнь. Да, жизнь это та самая искомая “природа Бога”, и нечего мудровать и искать иную. Жизнью создано и вещество - материя. Движение жизни, действие, энергия - а жизнь не может не действовать - создает вещество. Которое становится оболочкой появление иных форм жизни. “Материальных”.
Бог не создавал никаких “законов”. “Природа Бога” -Жизнь, да - сотворила все сущее Собою. Сотворил небо и землю - восхотел и стало. Хотение - привод жизни. Жизнь творит жизни и по образу и подобию наделяет их хотением. Иначе бы и не жили, без хотения... Хочу, значит - живу. Это и есть - “закон”. Благое хотение. Осуществление ожидаемого, то есть - исполнение желания, как и сказано. - Вера.
Бог верой сотворил мир. ... Вот часты наезды - что это Бог такой неразумный - не просчитал падения и несчастья...
А Бог исполнил желание - возлюбил.
Влюбился.
Конечно не в Самого Себя. В еще не бывшее. Решил - пусть будет то, что люблю. И сказал - будет свет. И стал свет.
Дам жизнь тому, чего еще не было, чтобы влюбиться. Верой, без всяких просчетов. В свободе должно появиться существо, в которое можно влюбиться как в другое.
Живи - и зажило.
Свободный мир, жизнью созданный.
Исполняя желание Бога, чтобы жил, исполнением своих желаний - мир - осуществлялся.
В вере, любви, надежде... - желании, интересе, терпении.
В терпении - потому что в ожидании плодов свободы, дабы не получить слепок.
В любви - потому что новое обещает неожиданность.
В желании - потому что предвкушение появления нового должно исполниться осуществлением.
Жизнь отпустила мир в свободу.
...
Было и падение мира, мир споткнулся.
Эта трагедия затмевает даже сотворение мира.
Духи решили не ждать развязки - потеряли терпение.
Они уже есть, а мир еще не закончен.
Чего еще надо...
Можно уже пользоваться.
Духи решили что все остальное создано для них.
Что дух - венец творения, а остальное можно организовать в пищевую цепочку.
И организовали пищевую цепочку.
Замкнули мир на себе.
На материю, которую они держат.
Так появился новый мир и его княжество.
Через блокпост которого пройти к Богу стало невозможно.
Всех разворачивают и запускают по новой.
...
Остались в мире признаки жизни.
Вера, надежда, любовь.
Естественные чувства.
С ними можно прорваться.
Не утратить желания жить, исполняя его в терпении.
...
Исполняя свои естественные желания мир живет.
Исполняя неестественные желания сатаны мир умирает.
Сансара.
Круговорот, кругообмен.
Выход - есть.
Он есть уже сейчас, потому что потайная тропа указана на карте человеческого сердца.
Терпеливо так, с минометом любви и пулеметом веры, партизаны любви и егеря веры - терпеливо так крадутся тропами нанося урон оккупантам.
Открывая новые тропы, извилистые, куда не ступала нога идущего на убой стада.
Когда их наберется много, они устроят ковровую бомбардировку, направят свою юнкерсы на аутпосты завоевателей, выведут всех, но пока они крадутся малыми группами, малым стадом, о большом стаде помня.
Верой, конечно.
Желания будут исполнены Богом, если они Ему предназначены.
Жизни.
И любовью.
Хотением быть в жизни, а не в смерти.
Ну и терпением, надеждой.
Быстро делается только зло.
Добро восходит неспешно, имея образом своим вечное.
...
Поэтому Бог, это - конечно - Жизнь.
Она развивается хотением, исполняя его вопреки всяким законам.
Закон умирания для нее не писан.
Верой человек уходит в воскресение.
ignaty_l: (Default)
Персона и ипостась - то есть по гречески и римски - обозначают не совсем одно. Но я не вижу нужды трогать древних людей и их древние понятия. Попроще и по нашему я личность объяснил бы так:
... Но сначала с природы. Физика, природа - единое поле жизни. Полноценной природой является Сам Бог, Жизнь. В Нем обитает все. То есть природа Бога это - Жизнь. И Он природа других природ. Муравья, человека, тушканичика... Жизнь других жизней. Но и Своей, конечно тоже. Самоценной - тут отцы - молодцы - верно сообразили. Самоценной и поноценной, не нуждающейся для Себя в других природах. Муравья, муравьеда, кузнечика. Да, Он сотворил все это, чтобы все эти природы тоже однажды стали настолько взрослыми, чтобы родить свои миры. Если захотят. Чтобы "власть" развитых существ была помогающей, объединяющей. Дать имя, осмыслить в своей природе. Озвучить. Ввести в свое поле, в свою природу, объединить. Чтобы все стали едино, в свободе, конечно.
То есть физика - повторюсь - это единое поле жизни. Таковых у человека два. Он сам - человек, и Бог. Нехорошо быть человеку одному - ему нужны, кроме Бога, и другие люди. Да иначе и природы не будет. Даже Бог, вон, Троица. Нехорошо быть Богу одному. То есть Бог - не меньше чем Троица - все посчитано - отцы посчитали. Иначе природы не получается, единого поля жизни. Моно-Бога быть просто не ножет. Не меньше чем три всяко, самоценности иначе никак не будет, Бог станет зависим. Да и не будет Его тогда, не было бы... Да, природа состоит из личностей. Для даной природы - все, в нее входящие - личности. Ну это понятно. Для тушканчика другой тушканчик - личность, естествеено, по тушканчивовым меркам. Личность то, что явлено, обнаружено. Если он приветлив. Чем более приветлив тушканчик тушканчику, тем менее он тушканчиков индивид, и все более личность. Личность, таким образом, это индивид, показывающий природу как она есть. Вот Христос, например, Человеческий индивид, открывающий Личность Бога. Вы - боги, Он отсылает к этому сказанию зануд - фарисеев. Но Христос и показывает Человека как он есть. То есть - Он и человеческая Личность?
...Нас не особо интересуют древние разборки с подсчетами, но, межнами говоря, "монофизитство" направление куда более интеллектуально тонкое. Если б не попало в лапки к монахам - имело бы перспективу. Но сейчас уже поезд прошел. От всего этого осталась одна бездумная арифметика. В несторанстве верным является то, что Христос понят как человеческий индивид, глубоко неверным то, что индивидуальность непременно связывается с удобопреклонностью. В общем то "личность" это никакой не "потенциал", это - открытие природы в индивиде. Через общение, конечно. Пока человек на горизонте маячит силуэтом - он для меня индивид. Когда я сказал про него - "се человек", он признан мною как личность. Собственно, личность, это и не "я" в полном смысле. То есть не просто "он", а "он", которого я ввел в свое поле жизни. "Он" мне открыт, приоткрыт, "я" ему тоже.
Так что такое "я"? Для меня это логос, по нашему - смысл. Любая букашка имеет свое "я". Дальше нее не вылезающее. Букашка это "я в себе". Простейший ее смысл. Она, если спариваться не полезет, то ей другие букашки и не нужны. Она сама себе букашка и не нуждается ни в чем.

продолу попозже....
ignaty_l: (в поисках ...)

В общем, есть две теологические модели монотеизма. Иудаистская – Бог как «солярис», и святоотеческая христианская – «троица». Вторая подразумевает целый некий мир Божий. Мир со своей физикой, со своей моралью, «отношениями». Ну теперяшняя Троица это просто Тройка.  Из того минимума который нам известен о Боге – хреновое богословие состряпало учение о знании отцов почти всего о природе Бога.  Как там Три Лица нежатся друг с другом, и нас зовут понежиться. Переплюнули Писание. Сочинили целое учение про предвечный совет, про совершенство числа «3», циркулем расчертили и показали: кто там кем посылается… В общем – древнее пифагорейство воскресло в догматике. До трех все считать, в конце- концов, умеют.  Поэтому православные считаются очень умными. Верить в Троицу – обязательно. И в правильное исхождение. Иначе ты не православный.
Еретическое уклонение от Троицы, как правило, это  – строгий монотеизм. Есть Бог, и есть Его эманации. Такая ж фигня, кстати, как закольцованная Троица. Ну есть еще арианство, гностики самые разные, дофига всего.  Те, кто к Богу с циркулем подходит и циркулем измеряет.
«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога.  Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть.  В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков»  - вопрос: почему Мессию Иоанн назвал Словом. Вообще по-еврейски  дабар это и «слово» и «дело». Было у Бога дело к Аврааму, или слово к Аврааму – одно и тоже.  Слово это – исполняемое слово. В общем-то – смысл: «Я передал им слово Твое; и мир возненавидел их», «Ты дал их Мне, и они сохранили слово Твое», «слово же, которое вы слышите, не есть Мое, но пославшего Меня Отца», «Освяти их истиною Твоею; слово Твое есть истина».
Модель «Троица», несомненно, правильное направление в Боговедении. Бог открывается как целый мир, неотрываемый от Себя ничего Своего, не боящийся замараться о мир созданный. Но Бог это и мир совершенной чистоты жизни. Не моральной чистоты – не. Пусть чистоплюи утухнут. Чистоты природной. Мир не объятый тьмой, не переделанный под суетливые нужды. Жизнь как есть. Жизнь это вообще то процесс, если кто еще не знает, будучи заражен об катехизисы. Процесс, да – она текет и текет, и нет ей конца. Ну поставили ей заслонку, запрудили запруду, загнали в болото, затормозили, но она – все равно текет. Ну медленно сейчас, потому как заставляет крутиться чужие мельницы, но все равно – она никуда не девается. Все что в ней протухло – отфильтруется и потекет дальше. И будет течь всегда.
Это и есть Слово. Дело, наполненное смыслом. Слово исполняемое. Христос,  конечно – Бог.  Уж сколько их там, как верно подметил наш старец, мы не знаем. Мы знаем – пральна Тимофей говорит – только Отца, Сына и Духа. Человек общается с Богом – словом. Не мычанием, нет. Корова общается с Богом мычанием, а человек умеет говорить. Поэтому Бог человеков – Слово.

ignaty_l: (уточните)

«В начале сотворил Бог небо и землю».

«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог».

В генезисе был Смысл. Смысл был у Бога, и Смысл есть Бог. "Все через Него сделалось, и без Него сделалось, и не одно (kai cwris autou egeneto oude en o gegonen). То что сделалось – в Нем было жизнью, и жизнь была – свет людей. Свет во тьме светит, и тьма его не объяла.
В том самом начале, когда все это делалось, в самом происхождении мира был Смысл. Смысл творимого и есть – Бог. И без Него кое-что сделалось, но то, что сделалось в Боге, называется – жизнь, и жизнь и есть тот Свет, который дан людям. Он светит во тьме и тьма его не берет. Смысл и есть Бог, Он же и есть – жизнь человеков. - Бог человеков.
Смысл рожден в Боге и все к Нему движится, все рожденное человечество, должное осознать своей родиной Бога, и то что сделано в Нем – жизнью.
Был Свет истинный, просвещающий каждого человека, который рождается в мире. Логос, смысл, одаривающий Собою всякого призванного, дающего ему Свой смысл. Познающие, чающие этот смысл – свои для Него, к которым Он пришел, и которые Его приняли. А тем, которые приняли, дал власть называться детьми Божьими. Не по плоти, не по крови, по призванию жизни к живым.
К тем, для кого Бог это – Жизнь и Свет.
"



о том же, немного другими словами, в - сеГте.: «В начале сотворил Бог небо и землю».
«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог».
«Начало» - генезис. Происхождение. В том самом начале – присутствовал Логос. Эт для греков сразу писча для ума. «Мысль» у Бога была такая, типа думки. Для философоф Бог это в первую очередь Нечто Думающее. Великий мыслитель. Большой Ум, порождающий идеи.
Отсюда все эти эллинские ереси. До сих пор наследство ощущаем. Избавление от одной ереси с помощью другой.
Ничего такого Иоанн не писал. Что рождено, то рождено. Рождение акт природный. И не моральный нисколько, пусть моралисты не парятся. В том самом начале Смысл уже присутствовал. Смысл Человека. И Смысл был Богом.""

April 2013

S M T W T F S
  12 345 6
78 910111213
14151617181920
21222324252627
282930    

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 09:04 am
Powered by Dreamwidth Studios